твоим
по улицам с улыбкой внутренней и светом странным
для окружающих всегда перебирала ты шаги.
каждый вздох береги, отворачивай пряди убранно,
по жизни галопом беги и лейся, и смейся дивно
девица--не какой-нибудь мертвячок, чтобы терпеть
все унылые ваши лица лица мимикой со скрипичный смычок
вот тебе бы смысться, раскрыться и удержаться где-то вдали,
чтобы годы без убыли, а тропинки легко так шли, под ногами мелькали весело
странно, что ты не рыжая бестия, для меня такими они всегда были.
а вот стойку держащая смирно анна на спине с анхом трехдюймовым рыщет
молится поалтарно во глушах тел, приключений не ищет, бела как мел,
тянется в отстветов совокупную тьму, кутерьма стороной от нее проходит,
жизнь течет по плану и по уму, анна по асфальту же одиноко бродит,
часто босиком, туфли ни к чему.анне лилово и розово все, как закат
за багровым маревом.выпитая кровь может старит, но ей не кажется,
что кто-то в этих изменениях виноват.это потухший разряд,
куча пепла с теплеющим низко дном, греющимся от одноразового
луча с барского плеча, буде таковой пущенным перед сном.
я не понимаю, куда горю, отбиваю искры в стальных глазах
по причинам чьим.это не твоя бы была слеза, медленно ползущая по щекам,
ни будь я твоим.