музе
в полотенце ты ходишь
как в мехах
венерина мухоловка
и стреляешь при этом глазами так ловко,
что порой говорю я ах.
на твоих слезах
звездный мост томится,
а вверху его стоит сказочная гробница
генерала, умершего в облаках.
он в своих кучевых доспехах длинных
чеканил обильнейше жесткий тяжелый шаг
и повторял частейше
«не так престало вести себя гейше,
не засыпай же в его ногах.»
хоть и перебирал я пепел и прах
ими,
но оставались от этого только искры
в твоих глазах.
искать тебя на таинственных берегах
и желанную, и мечтой томимую,
не позволяют мне инквизиторские костры.
пусть же летит все чистое и прекрасное
в тартарары.
я снова с иронией властною наговорю муры,
коснусь древесной коры
и растворюсь в суете,
в нигде,
а ты существуй в умах молодых ребят,
пусть они теперь тебе ах говорят
и безутешно при этом скорбят.